Василиса Сымоник: жизнь на сцене, бесконечная гонка за собой и тайна хобота сержанта Слоника
Василиса Сымоник — одна из самых ярких представительниц молодёжи города Курска. Она из тех людей, про которых говорят «успевает всё». Танцы, театральная студия, участие в конкурсах и проектах, отличные оценки, TikTok с пятью тысячами подписчиков и десятками тысяч охватов, Telegram-канал, который читают сотни людей. Но это интервью — не только про достижения. Оно про то, что остаётся за кадром: про азарт, с которым она пробует новое, про непонимание, как выбирать что-то одно, про желание всегда быть лучшей и про бесконечную гонку за собой. Про искренние эмоции и про честный внутренний диалог: как всё успеть и не забыть о себе?
Мы провели вместе пять часов и сменили четыре локации. Парк её детства — чтобы познакомиться поближе. Старая Боевка — в исторической лесопарковой части «Боевой дачи», чтобы среди зелени и тишины поговорить о блогинге, подписчиках и личных границах. Уютное кафе — для разговоров о любви, дружбе и, конечно, мармеладках. И вечерняя улица Ленина — чтобы обсудить хейт, планы и заглянуть в будущее. И вот что из этого вышло.
О семье, школе и бешеном ритме: как всё успевать и не сойти с ума
— Василиса, во-первых, я очень рад, что мы сегодня с тобой встретились. Я наблюдаю за твоей деятельностью уже достаточно долго и не могу не отметить тот позитив и радость, которые ты излучаешь прям через экран. Давай сегодня поговорим о том, как это всё устроено: как ты всё успеваешь, что тебя вдохновляет и что остаётся за кадром. Начнём с самого начала: расскажи о своей семье. Кто чем занимается, сколько вас, как родители относятся к твоей активности?
— Я тоже очень рада встрече!
На самом деле, родители и родственники особо не знают ни про TikTok, ни про Telegram-канал. Они больше знают про мои поездки, например, успехи на проекте «Медиапритяжение». Мама очень гордится мной, папа тоже. Папа, кстати, у меня очень общительный человек, ездит в командировки и всем рассказывает, что у него дочка — «великая блогерша» [смеётся]. Мне кажется, они мной гордятся.
Я родилась в Беларуси, и все мои родственники оттуда. Некоторые смотрят мой Telegram-канал, потом спрашивают у мамы: «А Василиса там была?», «А что она там делала?». Мама после этого сама начинает у меня всё расспрашивать, потому что после ограничений, наложенных на Telegram, у неё нет возможности просматривать мой канал.
— А вообще, родители поддерживают тебя в том, чем ты занимаешься? Ты чувствуешь их участие?
— В первое время я не чувствовала, потому что особо ничего не рассказывала. Для меня это было просто развлечением, по-детски, что ли. А вот с этого года поддержка стала ощущаться гораздо сильнее. Во-первых, в финансировании: мне купили петлички, например, и вообще всё для съёмок, без вопросов вроде: «А зачем тебе это?» или «Что это даст?». Они сами всё понимают. А во-вторых — в самих словах поддержки. Для меня это очень важно. Когда мама хвалит или родственники говорят что-то хорошее — мне так приятно. Это очень здорово.
— А чем у тебя родители занимаются?
— Мама у меня швея. И, кстати, именно она шьёт костюмы для моих выступлений и вообще много одежды для меня. Папа часто ездит в командировки. Если честно, я даже не знаю, чем он конкретно занимается.
— А родные братья или сёстры у тебя есть?
— Родных братьев и сестёр у меня нет. Я живу одна в своей большой комнате с собакой, и мне очень хорошо.
— С собакой? Расскажи про неё.
— У меня есть моя любимая собака, ей уже 7 лет в этом году будет. Мне её купили, когда мне исполнялось 8 лет — на день рождения и одновременно на 8 Марта. Её зовут Боня, порода — шпиц.
Я её очень люблю, она прикольная, но она очень злая собачка на самом деле. Когда кто-то начинает шуметь, прыгать, бегать — она просто не выдерживает, начинает лаять как не в себя, уже задыхается, но всё равно продолжает. Чужих дома быть не должно — это её территория. На улице она более-менее спокойная, но может, конечно, немного погавкать. А дом — это её крепость.
Вообще она больше любит папу, чем меня. Когда он приходит — она очень радуется, а мне так, не очень. Наверное, потому что я каждый день дома [смеётся].
— Мы сейчас в парке, в который ты меня пригласила, и это место для тебя многое значит. Почему?
— На самом деле, да. Именно в этом месте я училась кататься на велосипеде, на всех видах транспорта, которые мне сейчас доступны. И на лыжах я здесь постоянно каталась в детстве. И, в принципе, именно в этом дворе я начала взрослеть. Я переехала в этот район в 7 лет. Здесь я подружилась с компанией. Мы очень часто сюда ходили — родители разрешали гулять только здесь, потому что это близко.
В этом парке очень много всего происходило. Для меня это какое-то особенное место. Просто когда прохожу мимо — становится приятно на душе. Особенно вечерами. Ты говорил, что тут очень вайбово — я согласна. Я очень люблю здесь кататься на скейте или пенниборде.
Здесь давно хотели сделать ремонт. Раньше стояла вывеска с планами — хотели построить мостик, фонтан… Но её убрали спустя три года. Если всё-таки сделают — будет очень красиво.
А ещё в этом парке каждый год проходит мероприятие на 1 июня, в День защиты детей. Я помню, мы с подругами пришли сюда в 2021 году, а тут раздавали бесплатную сладкую вату. Мы набрали столько этой сладкой ваты, что я потом неделю не могла на неё смотреть. В общем, для меня это очень приятное место.
— Как проходит твой обычный день?
— Летом я встаю утром, умываюсь, но в себя прихожу только к часу дня. В 14:00 иду гулять, где-то в 17:00 захожу домой, а вечером — на тренировку. Казалось бы, лето, можно отдохнуть, но я всё равно занимаюсь. Мне это нравится. Если я день не позанимаюсь — чувствую, что что-то не то. У меня недавно была травма, и когда я не тренировалась — это было ужасно, мне совсем не понравилось.
А в учебное время график сумасшедший. Встаю в 7:30, за полчаса до уроков — мне без разницы, школа в пяти минутах ходьбы. Занятия заканчиваются во второй половине дня, около 13–14 часов. Прихожу домой буквально на час: успеваю сделать часть уроков, перекусить — и сразу еду в ТЮЗ на репетиции. В последнее время мы ставили спектакль «Волшебник Изумрудного города», получили на него грант, и репетиции были очень плотные. Занимались до пяти-шести часов вечера. Оттуда — сразу на тренировку на северо-запад. Я постоянно мотаюсь: из северо-запада в центр, из центра снова на северо-запад. Возвращаюсь домой где-то в половине десятого, сажусь за уроки. И так по кругу.
— Я знаю, что ты перешла в 8 класс. Как у тебя с оценками? Много пропускаешь занятий из-за своей активной деятельности? И как вообще совмещаешь учёбу со всем остальным?
— В этом году я впервые серьёзно углубилась в учёбу. Раньше делала уроки лишь бы сделать, лишь бы получить хорошую оценку. А сейчас — главное, чтобы понять. И я даже вышла отличницей! Правда, без похвального листа: во второй четверти у меня была единственная четвёрка по русскому языку. Это вообще первый год, когда я стала отличницей, раньше никогда не получалось. И, как назло, всегда из-за русского языка. А в этом году получилось.
Учёба даётся мне несложно. Если что-то не понимаю — могу разобраться. Но в последнее время как раз взяла репетитора по русскому языку, чтобы подтянуть. Решила: если сама не могу вытянуть на пятёрку — значит, нужна помощь. Мне помогли, и у меня получилось.
С этого года, наверное, начну готовиться к экзаменам. И классная руководительница, и репетитор говорят, что надо хоть немножко начинать.
А про пропуски… Я пропускаю очень много. И даже не из-за активностей, а просто потому, что могу лечь поздно: например, по физике задачка непонятная, я решаю разобраться и разбираю чуть ли не весь учебник. В итоге просыпаюсь и понимаю: сегодня я не вывезу. Говорю маме: «Мам, можно не пойду в школу? Я очень хочу спать, мне плохо». Она понимает, что я правда устала, и разрешает мне остаться дома.
Учителям это, конечно, не нравится. Особенно учительнице по английскому — у нас уроки часто стояли последними, а на них обычно репетиции или мероприятия. В начале года я часто пропускала, не предупреждала, за что потом «получала» [улыбается]. Но с другой стороны, когда участвуешь в мероприятиях учителей, они всегда идут на встречу. Это очень помогает.
— Ты много времени уделяешь творчеству, проектам, волонтёрству. А в школе при этом оценки у тебя хорошие. Это принципиально для тебя — быть отличницей? И как ты вообще реагируешь на плохие оценки?
— На самом деле, да, принципиально. Не знаю даже почему, просто хочется. Хочется вытянуть все пятёрки, быть отличницей, чтобы как-то не беспокоиться, что ли. Когда получаю четвёрку, сразу начинаю думать: «Что-то не так, я что-то не понимаю». Или наоборот — понимаю, а мне просто занизили оценку. Поэтому мне принципиально быть отличницей. Предстоящий учебный год хочу закончить именно с похвальным листом.
А на плохие оценки я реагирую по-разному. Четвёрка, кстати, для меня — тоже плохая оценка, но здесь многое зависит ещё и от учителя. У нас в школе пятёрка выставляется от среднего балла 4,67. Чтобы её получить, нужно либо море пятёрок и всего одна-две четвёрки, либо вообще одни пятёрки. Это сложно. Есть учителя добрые — они могут, как я говорила, идти на встречу, дать дополнительное задание, например. А есть принципиальные — поставят четвёрку и всё. Вот тогда я начинаю волноваться. Но потом мама успокаивает: «Всё хорошо, ничего не случится от одной четвёрки». И я выдыхаю.
— Я понял, что у тебя режим бешеный. А ты вообще высыпаешься?
— На самом деле, я не знаю. Потому что в школьное время я могу спать по 4 часа, допустим, пять дней подряд, а потом в выходной проспать хоть 13 часов. То есть у меня так получается: сначала бешеный режим, а потом я просто отсыпаюсь.
— А тебе когда вставать проще — рано утром или попозже? Ты «сова» или «жаворонок»?
— Для меня самое комфортное время — это, наверное, 8–9 утра. Чтобы я была спокойна, что всё успею. Я не люблю вставать слишком рано. Ложусь я тоже не прям поздно — в час ночи максимум. Хотя когда как получается. В школьное время час ночи — не позднее, это прям жёстко. И если я ложусь в час, а встаю в 7:30, то день будет очень тяжёлым. Это точно.
— Ты ходила в школу с рюкзаком-бургером. Расскажи немного об этом.
— В шестом классе у меня был такой период, когда я хотела всё необычное, яркое. По моим старым фоткам это очень видно — я тогда старалась нестандартно одеваться в школу. И однажды я листала Wildberries и увидела рюкзак-бургер. Я такая: «Ого, ничего себе, хочу!». Упросила маму, она сказала: «Ладно, хорошо, закажу». И теперь я уже второй год хожу с ним. И не только в школу — я везде хожу с этим рюкзаком. Он удобный, в нём много отсеков, я уже привыкла, он мне правда нравится.
— А как реагируют учителя?
— Вообще у нас учителя особо не заморачиваются по поводу внешнего вида в плане рюкзаков. Просто говорили: «Ничего себе, крутой у тебя рюкзак».
А ещё я тогда ходила с синими волосами. Я очень люблю это время. В шестом классе у нас сменился учитель математики, и тут прихожу я: синие волосы, рюкзак-бургер и вообще старалась одеваться нестандартно. Она была в шоке, мне кажется [улыбается].
— Поговорим про твой график. В твоём Telegram-канале тебя как-то спросили: «Какое у тебя расписание?» Ты ответила: «Танцы, акробатика, танцы, акробатика, танцульки доп (по желанию), танцы». Когда мы разговаривали с тобой до интервью, ты также остановилась на сумасшедшем графике. Как ты вообще вывозишь такой ритм?
— Да я сама не знаю. Иногда задумываюсь: как я всё это успеваю? И не понимаю. Наверное, помогает то, что я делаю себе день отдыха. Потому что мышцам надо отдыхать. Я только в этом году это поняла, потому что больше углубилась в спорт, и у меня пошли травмы. Теперь я понимаю, что надо давать мышцам отдыхать, особенно после тренировок. И ещё разминаться перед тренировками — раньше мы в детстве всегда прогуливали разминку, думали: «Ой, не хочу, зачем она?». А сейчас пришло осознание, что это очень важно.
А вообще, когда я могу неделю лежать дома, так как у меня нет никаких мероприятий — мне становится как-то скучно. Прям не очень.
— Но ведь есть огромная разница между тем, чтобы неделю ничего не делать, и тем, чтобы каждый день с утра до ночи быть в нагрузке. Неужели нет золотой середины, когда и дела есть, и время на отдых остаётся?
— Не знаю. Пока силы есть, надо заниматься, надо стараться успеть как можно больше. В этом году я хочу пойти ещё на много разных секций. Не знаю, как я буду всё успевать, но постараюсь.
— А в будущем, когда начнётся подготовка к экзаменам, останется ли у тебя время на всё это? Особенно если ты захочешь поступать, например, в театральное — это серьёзная нагрузка.
— На самом деле, я тоже часто об этом думала. Наверное, если в девятом классе у меня всё это останется, то сильных изменений не будет. Ну, может быть, на акробатику не похожу какое-то время. Я знаю много людей, которые после девятого класса продолжали заниматься любимым делом, а кто-то даже стал уделять этому ещё больше времени. Будет, наверное, перерыв в танцах, да. Но мне кажется, это будет просто перерыв. Хотя, конечно, непонятно, как всё повернётся через год, поэтому говорить об этом рано. Но я надеюсь, что всё останется, как и было. Наверное, придётся как-то расставлять приоритеты.
— «Как всё успеть и не забыть о себе?» — этот вопрос ты очень часто задаёшь себе. У тебя есть на него ответ?
— Ну, мне кажется, что надо делать перерыв. Хотя иногда это сложно. Вроде лежу, отдыхаю, и полдня мне действительно хорошо, а во вторую половину дня я начинаю себя винить за то, что просто лежала. Я понимаю, что отдых нужен, правда нужен, что надо гулять, но мне иногда трудно это сделать. Появляется какое-то угрызение совести: «Вот сегодня ты не сходила на тренировку, а могла бы, пока другие тренируются, пока другие что-то делают, ты просто лежишь дома». Хотя я понимаю, что у других людей нет того, что есть у меня дополнительно, они занимаются одним делом, а я пытаюсь успеть везде.
— Мы разговаривали с тобой до этого интервью, и ты говорила, что тебе казалось, будто твои ровесники сделали намного больше тебя, что ты всегда ждёшь от себя лучшего результата, думаешь, как стать «лучшей версией себя». Ты максималистка? Тебе нужно, чтобы было 110 из 100? И как думаешь, так себя нагружать — допустимо?
— Да, я максималистка, не спорю. Я всегда должна быть лучшей. Особенно раньше я не могла вообще это пережить — как это я не лучшая? В театре у меня бывает: «Ой, вот тут я не дожала, я могу лучше». И начинаю пахать над этим. Я всегда хочу, чтобы у меня везде и во всех делах было 110 из 100, как ты сказал. Я понимаю, что так нельзя себя нагружать, но я не могу просто перестать это делать. Не знаю почему. Я уже как-то привыкла к такому графику, и всё время хочется большего от себя.
При этом остановить выбор на чём-то конкретном я не могу, но стоит отметить, что я вроде бы всё успеваю. Мама, репетитор — все говорят, что надо выбрать себе одно-два дела. Но я не могу, потому что мне правда нравится всё. Мне нравится и танцевать, и спорт. Я хотела даже в этом году пойти на ещё какой-то спорт. А ещё мне нравится театр и медиа. И ещё моделинг — я раньше занималась, потом бросила, а сейчас мне снова понравилось. Я просто не могу выбрать. Честно, я не знаю, что с этим делать. Наверное, в этом году я постараюсь определиться. Буду экспериментировать, пробовать, и, надеюсь, к девятому классу уже пойму, чего хочу.
— Ты не рассматривала варианты совмещения, чтобы оставалось время и на себя, и на сон, и на школу?
— Как я уже говорила, я очень требовательна к себе. Если я берусь за что-то, то должна выложиться на все сто, должна видеть результат. Если результата нет — я начинаю сомневаться: «А для чего я этим занимаюсь?». Но одновременно я понимаю, что мне это нравится, и это меня удерживает.
Но всё равно получается так, что сердце говорит одно, а мозг — другое. Мозг у меня всегда настроен на результат. То есть у меня сначала результат, а потом уже то, что мне нравится. И меня это, честно говоря, не устраивает, но я не знаю, что с этим делать. Как я уже говорила, я вообще не понимаю, как я всё это успеваю. Наверное, просто я люблю то, что делаю, и поэтому всё получается.
— Но когда ты распыляешься на всё, это требует больше ресурсов организма. Сейчас силы есть, но потом может быть тяжело.
— Я это понимаю, но пока что с этим ничего не могу сделать. Мне очень сложно, особенно потому, что я вижу своих друзей и знакомых из разных направлений — в театре, в танцах, в акробатике. Я вижу, кто и в чём преуспевает, но при этом понимаю, что у них нет медиа, или что они больше сил тратят на тренировки, так как у них нет театра. И вот я всё это понимаю, но всё равно хочется быть лучшей везде.
— Но ты же занимаешься всем сразу, силы распределяются равномерно, и ты всё равно держишь высокий уровень наравне с теми, кто занимается чем-то одним.
— На самом деле, да, я иногда это замечаю. Например, в танцах я очень давно в этом коллективе, тренеры меня знают. И, наверное, было бы странно, если бы я не преуспевала, потому что я тоже очень много трачу времени на танцы. И у меня неплохо получается — я не буду себя занижать, потому что правда неплохо.
В медиа я недавно, поэтому я особо не расстраиваюсь и не корю себя за то, что у меня что-то не получается или что я хуже всех. В театре я тоже недавно. И вроде бы я понимаю это, когда говорю сейчас, но в моменте я этого не осознаю — и начинаю накручивать себя.
О театре, танцах и сцене: зачем артисту плакать по-настоящему
— Расскажи про танцы. Как давно ты ими занимаешься? Как ты вообще в танцы пришла?
— Танцами я занимаюсь с четырёх лет. Начала ещё в Беларуси, в Бресте. Мама отдала меня куда-то, а я особо ничего не понимала. Позже начала заниматься в студии на базе детского садика. Мне легко давались движения, я всегда стояла в первых линиях. Потом занималась гимнастикой, но вернулась к танцам. До 10–11 лет это было просто увлечение, я могла пропускать занятия. Мама недавно говорила, что думала, я брошу после начальной школы, а получилось наоборот — мне понравилось. Сейчас это дело души.
— Ты танцуешь в каком-то конкретном направлении?
— Нет, скорее современный танец: хип-хоп, contemporary, и медленные, и быстрые, и весёлые, и грустные.
— Что тебе нравится в танцах больше всего?
— Наверное, мне в танцах больше всего нравится то, что через постановку можно показать эмоции. Ты можешь рассказать историю, но не словами, а движением. И можешь прожить на сцене те эмоции, которые не проживаешь в обычной жизни.
Был один момент, который я запомню навсегда. Мы были в Сочи, выступали в полуфинале. У нас был номер про мечту — о пташке, которую посадили в клетку и не выпускали, а в конце она выбралась. Тренер объяснил нам, что это как будто ты тянешься за своей мечтой и в конце концов достигаешь её. И я правда плакала в конце. Мы все плакали. Это было так душевно. Именно из таких моментов я черпаю энергию. Особенно от своего коллектива — от них я заряжаюсь больше всего.
— Было желание бросить?
— Желание бросить? Наверное, не бросить, а перейти в другое направление — было, и не раз. А прям, чтобы бросить — такого не было. Я предана своему делу.
— Я знаю, что ты прошла отбор в театральную студию ТЮЗа «Ровесник». Расскажи, как ты туда попала. Это был целенаправленный шаг или просто решила попробовать? И как вообще там? Чем вы занимаетесь?
— Это был целенаправленный шаг. В 2024 году меня очень привлекло театральное направление, и я всё думала куда пойти. Просила маму записать меня куда-нибудь, но она не знала куда. В итоге я нашла, что в ТЮЗе «Ровесник» есть отбор. Я подумала: «А ладно, пойду». Позвала свою подругу, и мы пришли туда.
В первом отборочном туре мы читали прозу, стих и басню. Помню, басню у меня даже не дослушали. Но, видимо, понравилось, раз взяли. Второй тур — танец и песня. Было немножко не круто, мы покринжевали, но нас приняли. И я правда очень обрадовалась.
В студии есть такая система: сначала ты «студиец» — просто занимаешься, иногда выступаешь. Потом — «кандидат в актёры», дальше — «актёр», а потом уже «мастер сцены». В первый год мы с подругой вообще нигде не выступали — и, честно говоря, половина нашей группы тоже. А с этого года мы начали активно выступать.
Недавно мы выступали в драмтеатре в проекте «Театральный поезд». Это проект, запуск которого был именно в Курске. Там выступали драмтеатр, наш ТЮЗ и театр кукол.
— И какую роль ты играла?
— Я играла жителя Изумрудного города. И ещё я играю… лес. Да, это звучит смешно, но это не просто «стоять деревом». Мы ходим на больших джампингах — на таких платформах, на которых надо учиться держать равновесие, и мы там ещё танцуем. В ТЮЗе эта роль ценится, потому что на джампингах ходить не каждый может. Сначала думали, что на них будут ходить только мальчики, не допускали девочек. А в итоге играют только девочки.
— Сложности в этом направлении есть у тебя?
— Сложности есть. Наверное, главная — это когда ты думаешь, а справишься ты или нет. Ты понимаешь: в театр приходят зрители, которые купили билеты, они пришли смотреть на тебя. И это добавляет ответственности.
— А как ты себя оцениваешь на данный момент в этом направлении?
— Я оцениваю себя на «хорошо». Не скажу, что я профессионал в этом деле, но и не скажу, что я прям самая худшая. Где-то «среднячок».
— Объективности ради, твой «среднячок» — это значит достаточно высокий уровень.
— Ну да [смеётся].
— В январе этого года в твоём Telegram-канале тебя спросили: «А в каких спектаклях ты хочешь сыграть?» Ты ответила, что не знаешь, но хотела бы хоть в каких-нибудь. Сейчас этот ответ как-то изменился? Может, ты уже где-то сыграла? Или есть роли, о которых мечтаешь?
— Была мечта сыграть Пеппи (прим. ред.: Пеппи Длинныйчулок — персонаж шведской писательницы Астрид Линдгрен). Но я понимаю, что уже выросла из этой роли. Даже просто по возрасту и росту. Я бы, наверное, подошла, потому что я умею делать трюки, работать на полотнах. Но из-за того, что я выросла — я понимаю, что уже не смогу. Так что это такая мечта, которая уже не мечта.
А прямо сейчас у меня цель на этот год — в спектакле «Волшебник Изумрудного города» есть две роли, которые я бы хотела сыграть. Это «Морская дива» и «Фригоза» (прим. ред.: Фригоза — одна из волшебниц, повелительница Мигунов — народа, который населяет один из районов Изумрудного города). Но это больше цель, чем мечта.
— Ты много выступаешь: и танцуешь, и в театре, и стихи читала. Что для тебя сцена — место силы или место страха? Ты до интервью говорила, что на сцене ты чувствуешь себя собой, но бывает ли такое, что выходишь и внутри всё трясётся? Или ты уже поймала тот кайф, когда ты на сцене и ничего вокруг не существует?
— Волнение присутствует всегда. Просто надо уметь с ним справляться и направлять его в нужное русло: не в то, чтобы забыть текст или начать дрожать — хотя дрожь, конечно, появляется, — а в то, чтобы не показывать это зрителю. И на сцене ты понимаешь: ты выступаешь, ты артист, на тебя смотрят люди. И это даже приятное волнение. Когда выступаешь с танцами, в последнее время волнения мало. Но когда его совсем нет — это тоже не всегда хорошо, потому что ты становишься слишком уверенной и в итоге ошибаешься больше, чем когда волнуешься. Поэтому я считаю, что волнение — это такая штука, с которой просто надо уметь справляться и направлять в нужное русло.
— Для тебя важно, что о тебе думают другие?
— Если я уверена в том, что у меня это получается, что я это умею — например, в танцах, то мне вообще всё равно. Кто по-настоящему понимает — тот оценит. А кто не в теме или просто завидует — тому всё равно не объяснишь. Если я сама не уверена в том, что делаю, то я, конечно, думаю о том, что скажут другие. Так было, например, с TikTok. Я часто волнуюсь, когда загружаю видео, когда стараюсь что-то снять. Но в какой-то момент я понимаю: мне же пишут люди в комментариях, что им нравится, как я снимаю. Потом даже не друзья, а просто знакомые, говорят мне лично: «Это очень круто, мы бы тебя смотрели, даже если бы не знала лично». И я понимаю: кому нравится — тот будет смотреть, значит, надо продолжать. А кому не нравится — пусть думает, что хочет.
— В декабре 2025 года у тебя был сольный номер — танец, ты писала, что пыталась изобразить Маяковского. Как вообще родилась такая идея — передать поэта через пластику? Что ты хотела сказать этим номером?
— Начну с того, почему вообще у меня был этот номер и почему я его делала. В нашей танцевальной студии есть такой проект, он называется «Премия признания». Это конкурс внутри коллектива, где можно поставить свои номера. На эту премию я ещё ставила дуэт с подругой — мы танцевали клоунов.
А в этом году нужно было изобразить человека, который тебя вдохновляет. Я очень долго думала, кто меня вдохновляет, кто мне нравится. И в итоге поняла, что хочу показать кого-то из поэтов. Мне нужна была какая-то история, и я вспомнила Маяковского. Я знала о том, что его не публиковали, что у него была борьба. И я подумала: «Это то, что мне надо». Через танец я пыталась показать его борьбу за справедливость.
Насколько получилось — не знаю. Но мне кажется, что эмоционально передать удалось. Тренеры говорили, что было очень эмоционально, и правда, у некоторых глаза были на мокром месте. Про пластику, про сам танец — я сейчас пересматриваю его и понимаю, что для меня это уже не уровень.
— О чём ты думаешь в момент выступления?
— Если это сольный номер, то меня больше занимают мысли о том, как бы ничего не забыть. Потому что в тот раз всё было очень сумбурно — я буквально за неделю его поставила. И когда я выступала, я больше думала о том, чтобы ничего не забыть.
Но есть групповые номера, где я всё знаю, где всё отрепетировано до мелочей. И там я уже думаю об истории. Вот, например, недавно я стала солисткой в номере, где была история про девушку, которую выдают замуж не по любви. И в момент выступления я старалась думать именно о судьбе этой девушки. Особенно перед выходом на сцену я себя настраивала: «Василиса, представь, что ты сейчас на её месте. Представь, что бы ты делала, какие бы эмоции у тебя были». И на сцене, особенно через движение, ты стараешься передать именно ту эмоцию, которая у тебя в голове. Я думала о том, что её правда выдают не по любви. Когда смотришь фильмы или слушаешь песни на эту тему, это помогает прочувствовать. И вот ты стараешься максимально передать это зрителю.
— Как ты думаешь, можно ли сыграть то, чего ты не пережил по-настоящему? Или возраст и отсутствие опыта всегда будут заметны?
— Я считаю, что некоторые темы действительно очень сложно сыграть. Даже если ты приблизился к ней, даже если ты вроде бы всё сделал — всё равно может не получится. Или ты можешь сыграть так, что зрителю понравится, но не заденет — нет той самой искры. А бывает наоборот: кто-то сыграет роль, возможно, не так хорошо технически, но будет искра. Даже если зритель видит какие-то оговорки, запинки — его это всё равно трогает.
Вот, например, та же девушка, которую выдают замуж не по любви. Я старалась к этой теме приблизиться. Не знаю, насколько у меня получилось, но ко мне подходили люди из зала и говорили, что получилось, что всё хорошо. К таким темам, которые более распространены, можно приблизиться. Эта тема много где поднималась, и даже до этого танца я интересовалась ей, знала про неё.
Но есть темы, к которым невозможно приблизиться, даже если ты стараешься. У каждого свой опыт, и то, что пережил один, другой просто не проходил. Это остаётся за гранью. Попробовать можно, но это сложно.
О хоботе сержанта Слоника и личных границах: как сказать «нет» и не обидеть
— Твой Telegram-канал появился в октябре 2023 года. Что тебя подтолкнуло его создать? Ты хотела что-то сказать или просто попробовать?
— На самом деле, это было то время, когда все создавали Telegram-каналы. Ну и я просто за компанию решила тоже создать, почему бы и нет. Хотя, если честно, в самом начале у меня был ещё один канал — ещё с мая 2023 года. И я его создала по другой причине: у меня было много знакомых в разных группах, и я просто закинула их всех в этот канал, записывала туда кружочки, чтобы все видели, чтобы не объяснять одно и то же каждому по отдельности. Потом я почему-то его удалила. А в октябре создала новый — уже просто за компанию, потому что было модно.
— Я заметил, что твой Telegram-канал менял названия: сначала «Пусть будет так», потом «Пусть будет так пока что», а затем случилось легендарное — «Хобот сержанта слоника». Как вообще родилось такое название?
— Всё началось с того, что я перешла в пятый класс, и нас переформировали — нас раскидали по разным классам, и получилась сборная солянка. Я подружилась с новыми людьми. У меня фамилия Сымоник, и она не самая известная, особенно в Курске — меня все переспрашивают, как она пишется. Бывало, что писали «Василиса Симоник», «Василиса Сомоник» — как только не коверкали. И однажды я рассказывала историю, что на моей грамоте написали «Василиса Слоник». Так и родился локальный мем — сначала «Сержант Слоник», потом «Хобот сержанта Слоника» [смеётся]. А когда я сидела в звонке с подругой и думала, как переименовать канал — «Пусть будет так» мне уже надоело, — она говорит: «Назови «Хобот сержанта Слоника». Я такая: «О, давай!». Так и появилось название. Это был просто локальный мем, но, по-моему, очень крутой.
— Я ввёл название твоего канала в поисковую систему. Знаешь, что он выдал?
Что думаешь по этому поводу?
— Я в шоке [смеётся]! Я вообще не знала.
— В твоём Telegram-канале было несколько похожих диалогов. Тебе пишут:
— Ты когда мне ответишь, я твой преданный подписчик, мы разговаривали, и ты мне так и не ответила…
— Это грустно.
— Почему ты не пришла на встречу со мной? Я хотел отдать тебе подарок. Я тебя ждал там, где и писал с 9:30 до 9:45 из-за этого опоздал на урок. Газ завтра тогда встретимся, и я подарок тебе отдам в том же месте и в то же время. Так ты придёшь со мной на эту встречу, что бы я отдал тебе подарок?
— Не, не смогу.
— Почему? Это в твоей школе на третьем этаже.
— Меня не будет в это время в школе.
Ты в этих диалогах мягко, но явно даёшь понять, что не хочешь продолжать. Я правильно понимаю, что это не единичные случаи, и подписчики иногда позволяют себе лишнего? Как ты вообще реагируешь, когда кто-то пишет «жду ответ» день за днём, ждёт тебя у школы и не слышит твоего отказа? У тебя есть какой-то свой способ отстаивать личные границы?
— На самом деле, я только в этом году с этим столкнулась. И не сказала бы, что прям сильно, потому что я всё равно не считаю себя популярным блогером. Про того, кто ждал у школы, я поняла, что это, скорее всего, шутка. Я к таким вещам с юмором отношусь, как к валентинкам: кто-то пишет, назначает встречу, а на самом деле просто прикалывается.
Но осенью, когда у меня начали залетать видео, мне стали писать очень много людей, особенно мальчиков из Курска. Первое время я старалась отвечать, но не всем, потому что некоторые писали очень странные вещи. Сначала мне было смешно, я с друзьями это обсуждала. Но когда начинают писать слишком навязчиво — это начинает надоедать. Я объясняю, что у меня правда нет времени моментально отвечать, я даже с близкими друзьями мало переписываюсь, но не все это понимают.
Я считаю, что грубить в ответ неправильно, но и давать ложные надежды тоже не стоит. Поэтому я выбрала такую линию: иногда просто отвечаю смайликом или отшучиваюсь. Но с некоторыми я общалась вполне нормально. Например, с одной девочкой, которая была на меня подписана, мы переписывались и даже вместе ездили в Москву на фестиваль. И это оказалось полезно — я знала, что в поездке у меня будет хотя бы один знакомый человек. С нормальными, адекватными людьми я вполне могу пообщаться.
— А как понять, кто адекватный?
— По сообщениям. Когда пишут «Привет, я увидел тебя в TikTok, давай пообщаемся» — это нормально. А когда сразу начинаются какие-то романтические признания — это странно и с такими мало кто захочет общаться.
— То есть ты открыта к общению, но в рамках приличия?
— Да, в рамках приличия. Но иногда бывает непонятно: человек шутит или серьёзно? С незнакомыми я это не сразу считываю. Нужно хоть немного пообщаться, чтобы понять, что за человек. И тогда я могу уже спокойно общаться.
— Ты вообще спокойно говоришь «нет» в таких ситуациях или тебе проще отмолчаться?
— Наверное, проще отмолчаться. Но смотря с кем. Когда ты общаешься с человеком, ты понимаешь, как он отреагирует на слово «нет». А некоторые на «нет» могут сделать что-то плохое, например, распустить слухи. Поэтому я часто выбираю проигнорировать или сказать, что у меня нет времени. Человек сам понимает, что не стоит настаивать. Я знаю, что иногда это выглядит некрасиво — меня саму раздражает, когда так поступают со мной. Но бывает, что прямое «нет» только ухудшает ситуацию, и тогда молчание оказывается проще.
— И как найти баланс между «нет» и молчанием?
— В последнее время я начала просто разговаривать с человеком, объяснять. У меня были знакомые, которые хотели общаться очень сильно, а я не хотела — не потому, что они мне неинтересны, а просто потому, что у меня правда нет времени. Я пытаюсь объяснить, кто-то понимает, кто-то нет. Я говорю: «Я даже с близкими друзьями, с которыми дружу по несколько лет, не успеваю переписываться. Поэтому, пожалуйста, не обижайся, если я не отвечаю сразу». Я обязательно отвечу, как только появится время, но если человеку нужно, чтобы я была онлайн 24/7, — мы просто не совпадём. Дальше он уже сам решает, как к этому относиться. Я просто стараюсь быть честной и объяснять свою позицию.
— Был ли у тебя случай, когда внимание подписчиков перешло границы и тебе пришлось обращаться за помощью — к родителям, учителям, друзьям?
— Это были не подписчики, это были одноклассники в пятом классе. Я до сих пор не разобралась в этой ситуации, но за мной немножко следили, пытались найти, где я живу, говорили не очень хорошие вещи про меня. Я тогда никому не рассказала — просто сама всё урегулировала. Это был единственный случай. Сейчас меня не атакуют.
— Что бы ты посоветовала другим девочкам-подросткам, которые сталкиваются с таким настойчивым вниманием и не знают, как отреагировать?
— Если это переходит в реальное сталкерство, как у меня — лучше не молчать. Можно сказать кому-то из близких друзей, особенно если есть друзья-мальчики, которые могут заступиться. Если это не помогает — уже стоит рассказать родителям. Чтобы они хотя бы знали, что происходит. Потому что если что-то случится, а они даже не будут в курсе — это хуже всего.
— Ты говоришь, что не всегда хватает времени на близких людей. Но ведь время — это ресурс, которым мы распоряжаемся сами. И часто дело не во времени, а в желании. Например, если человек мне важен, я могу перенести любые дела, даже очень важные, чтобы найти для него время. Но если встреча не является для меня приоритетом — я могу ей пожертвовать. У тебя так бывает?
— Бывает такое, правда. Если человек для меня действительно важен, я могу что-то перенести.
Но чаще получается иначе. Есть люди, с которыми я буду видеться при любой возможности, даже если у меня плотный график. А есть те, с кем могу встретиться, только если появляется свободное время.
Но даже если человек для меня не супер важен, я могу сама ему предложить встретиться, если есть свободная минутка. Я понимаю, что для некоторых людей, с которыми я редко общаюсь, я всё равно остаюсь важной. И они знают, что у меня плотный график. Поэтому, когда у меня появляется свободное время, я сама могу написать и предложить встретиться.
А если меня куда-то зовут, я либо говорю, что у меня в этот день есть время в какие-то конкретные часы — например, после тренировки, — либо предлагаю встретиться через пару дней, когда я буду точно свободна. Мне проще так, чем брать на себя обязательства, которые я не смогу выполнить
— То есть это зависит от человека. Некоторые люди обижаются, когда им отказывают, а другие понимают. Ты очень по-взрослому относишься к цене времени — и к своему, и к чужому. Ты умеешь говорить «нет», но при этом предлагаешь альтернативы. Ты не даёшь человеку ложных надежд. Но бывает такое, что ты просто не хочешь встречаться с человеком, и говоришь, что нет времени?
— Да, бывает. И я понимаю, что это не очень красиво, но такое случается. Если я не хочу видеться с человеком — я не хочу, и всё. Иногда хочется продолжать общение в интернете, но не переносить его в реальную жизнь, потому что в жизни есть другие друзья, с которыми мне комфортнее в данный период. Я могу сказать «нет времени» раз, второй, третий. И если человек продолжает настаивать, я уже говорю прямо. У меня есть люди, с которыми я общаюсь только в интернете, хотя мы живём в одном районе.
— С одной стороны, учитывая наличие общения в интернете, для многих таких людей встреча с тобой — это что-то важное. С другой стороны, у тебя есть личные границы. Если встречаться со всеми подряд — это небезопасно, да и некомфортно. Как найти баланс?
— Я считаю, что надо говорить прямо. У меня были случаи, когда люди давали мне ложные надежды: они общались со мной, хотя на самом деле не хотели этого, им что-то не нравилось. Поэтому я сама стараюсь говорить честно, если мне что-то не нравится, — но по-доброму. Если человеку это неприятно, я не настаиваю. Зачем говорить то, что ему не нравится, особенно если ничего не меняется?
А если в общении есть что-то, что меня не устраивает, я могу сказать об этом ещё раз или прямо попросить не делать так. Но чаще всего разговоры помогают. У меня были ссоры с близкими подругами, мы просто садились и разговаривали — и общение налаживалось. И такое было не раз.
А ещё я считаю, что иногда полезно делать перерывы в общении, если ссоры начинают повторяться слишком часто.
— Ты считаешь, что перерыв в общении — это хорошая практика для того, чтобы отдохнуть друг от друга и понять, куда дальше выльется ваше общение?
— Если я чувствую, что мы начинаем слишком часто ссориться, я считаю, что лучше сделать паузу. Потому что люди, которые общаются 24/7, устают друг от друга. На этой почве возникают ссоры, и хорошее общение может просто разрушиться. Лучше сказать: «Давай немного отдохнём друг от друга. И если нам захочется продолжать — продолжим, если нет — значит, нет». У меня была подруга, мы раньше общались каждый день, жили в одном дворе, а потом начались ссоры, и мы, не договариваясь, сделали паузу на полтора месяца. И после этого общение стало только лучше.
— Просто для меня пауза, перерыв в общении — это что-то серьёзное, что часто становится предвестником окончания любых взаимоотношений. Мне кажется, что лучше не доводить до этого, а просто ослаблять интенсивность общения, когда чувствуешь, что начинается напряжение.
— Да, перерыв — это сильно сказано на самом деле. Это больше просто прекращение интенсивного общения. У нас бывало так: кто-то писал, что не хочет общаться, а через три дня мы снова начинали, потому что понимали — мы просто устали, но друг без друга не можем. А иногда люди боятся написать после того, как сами сказали «не хочу общаться». И другой может отреагировать негативно. Поэтому я считаю, что здесь всё индивидуально.
— А как ты считаешь, нужно ли говорить правду, даже если она может обидеть?
— Если я волнуюсь за человека, я скажу правду. Но не жёстко. Важно подобрать слова, чтобы человек не опустил руки. Не говорить: «У тебя плохо получилось». А сказать: «Ты молодец, что начал, но обрати внимание, если здесь сделать иначе, мне кажется, может получиться лучше». Правда должна быть, но мягкая.
— А если человек постоянно обижается на твою правду, хотя сам просит говорить честно?
— Если я понимаю, что человеку что-то вредит, я не буду молчать, даже если он обижается. Потому что мне не всё равно.
— А близкие люди вообще могут обижаться на правду?
— Конечно, могут. Иногда непонятно, с какой интонацией человек говорит. Может, он хочет обидеть, а может и наоборот. Иногда люди, которых ты считал близкими, оказываются хуже тех, кто на втором плане. Поэтому это всегда неоднозначно. В некоторых ситуациях стоит промолчать. Но если молчать раз за разом, а человеку становится хуже — тогда надо говорить.
— А как быть, если обида возникла из-за недопонимания, например, той же интонации?
— У меня буквально вчера такое было. Я была на Дне молодёжи, было очень громко, и я говорила громко. Подруга подумала, что я злюсь, и обиделась. Я объяснила, что это не так — конфликт исчерпан. Такие недопонимания надо решать сразу. Я стараюсь извиниться, если задела, объяснить, что не хотела. Иногда лучше спросить у человека: «Ты хочешь слышать моё мнение или просто хочешь выговориться?»
— То есть иногда лучше сначала спросить, нужна ли человеку твоя правда?
— Да. Иногда люди сами не знают, хотят они слышать критику или нет. Могут сказать, что хотят, а на деле нет. С каждым человеком нужен разный подход. Кому-то нравится критика — например, мне. Но критика должна быть конструктивной, а не просто «странно», «непонятно». Когда я выкладывала видео-визитку в TikTok, мне писали по-разному. Кто-то говорил конкретно, что не так, и я прислушивалась. А кто-то просто писал: «не очень», и не объяснял почему. Вот в такой критики нет смысла.
— Я в начале сказал, что ты излучаешь позитив и радость даже через экран. Это не просто слова — это чувствуется в твоих видео, кружках, постах, в том, как ты общаешься. Как тебе это удаётся?
— Я не знаю. Просто стараюсь быть собой и всё. В фотографиях я не пытаюсь быть какой-то важной, потому что не вижу смысла. Лучше я улыбнусь, покривляюсь — мне будет нравиться эта фотка, потому что она живая, и у меня останутся приятные воспоминания об этом дне. А про видео — я просто снимаюсь, а так получается — уже само.
— Бывает, что внутри всё иначе, а ты всё равно улыбаешься?
— Бывает такое. Но я не буду в такие моменты сидеть грустная, чтобы все оборачивались, и не буду слишком активной. Просто слушаю, иногда могу пошутить, но активный диалог не веду.
— Ты говорила, что тебе иногда бывает сложно сдерживать эмоции. Это влияет на общение с близкими? Как ты с этим справляешься?
— Ну, иногда это негативно сказывается на общении с друзьями. Я рассказывала тебе до интервью, что у меня есть такая не очень хорошая черта: если меня что-то раздражает, я могу резко начать на друзей психовать. И это не всегда хорошо. В этом году, где-то в конце осени и в конце зимы, был самый обострённый момент. Я очень сильно злилась на всех, могла ругаться, могла просто ни за что зацепиться. И мне сначала казалось, что всё нормально — я с теми, с кем мне хорошо, могу и поругаться, высказать своё мнение. А с теми, с кем я так особо не общаюсь, я ругаться не буду, потому что непонятно, как человек отреагирует. Но это начало переходить границы. Я потом поняла это, когда друзья сказали мне, что я перегибаю. Поэтому теперь, если меня что-то раздражает, я стараюсь отойти и успокоиться, а уже потом подойти и нормально поговорить, ну или просто продолжить разговор, как будто ничего не было.
— У меня была забавная история: я сидел без интернета, листал сохранённые видео в TikTok, и мне три раза подряд попадалось в ленте одно и то же твоё видео «GRWM на защиту проекта» — пока не появился интернет и я его не лайкнул. Алгоритмы явно на твоей стороне.
При том, сколько ты даёшь людям позитива и энергии через экран, тебе наверняка нужно её восполнять. Что тебя перезаряжает?
— Перезаряжает? Наверное, какие-то приятные моменты, весёлые прогулки, хорошие выступления, какие-то успехи. Даже если у меня просто что-то получается, например, в акробатике — меня это сразу заряжает и хочется делать ещё больше, хочется продолжать.
— Ты говорила, что тебе хотелось бы, чтобы люди вокруг чуть лучше понимали: у тебя тоже бывает не всё хорошо, не всё получается с первого раза, а за результатом стоит огромный труд. Но многим кажется, что тебе всё легко даётся. Мы уже поговорили о нереальном графике, но что ещё стоит рассказать людям — про ограничения, лишения, про то, чем ты жертвуешь ради того, к чему стремишься?
— Я тебе это говорила потому, что правда многие знакомые говорят: «Ну что ты там сделала? Что такого?». И когда начинаешь объяснять — они не понимают. Мне просто хочется, чтобы люди осознавали, что за всем стоит труд. За любой мелочью — огромный труд.
У меня залетело видео — все начали про это говорить. Но никто не знает, что я пыталась снимать до этого момента ещё лет пять минимум. Или сняла видео-визитку — «Блин, у тебя так круто получается, а у меня не получается». А то, что я сняла тысячу таких визиток и они не залетели — это никого не волнует. И когда начинаешь это говорить, слышишь: «Да у меня тоже, у меня так же». Ну, у вас так же — хорошо. Но просто… Не обесценивайте, пожалуйста, моё. Потому что я старалась, я делала, я к этому шла, даже если это и маленькие победы.
— У тебя в TikTok больше 5 тысяч подписчиков. Как ты вообще начала снимать? Это было спонтанно или осознанный шаг?
— Это было, наверное, в 2017–2018 году. Тогда было модно снимать видео. У меня до сих пор есть куча старых аккаунтов, даже на мамином телефоне, где я снимала какие-то непонятные видео, просто танцевала. На самом деле у меня в TikTok было больше 15 аккаунтов. Потом я переходила в Like (прим. ред.: в настоящее время — Likee). А потом опять почему-то вернулась в TikTok.
В TikTok у меня тоже было много аккаунтов после этого возвращения. Был один аккаунт, где набралось почти 1000 подписчиков. Но на всех этих аккаунтах со временем спадал актив: сначала было 10000 просмотров, а через время — 50. И я удаляла эти аккаунты, заводила новые. А этот аккаунт, который у меня сейчас, был у меня ещё с 2022 года. Изначально я снимала туда просто какие-то лайфстайл-видео для друзей, какие-то важные моменты. А потом я загрузила ролик, и он чуть-чуть залетел. Я подумала: «Ладно, продолжу снимать на этот аккаунт». И видео стали залетать. Я вообще не ожидала, что именно этот аккаунт у меня «выстрелит». Поэтому, наверное, я пришла в TikTok просто потому, что это было модно, и это был такой детский интерес.
— Ты помнишь свои первые ролики? Что это было?
— Я не помню самые первые ролики, но помню, что у меня ещё был планшет Apple, самый первый, такой толстый и тяжёлый. Мне сестра тогда сделала аккаунт, а я до конца не разобралась, как им пользоваться. Когда я зажимала кнопку — я держала её слишком долго, а не нажимала кратко один раз. В итоге записывалось всего несколько секунд, и видео обрывалось. Поэтому я ставила планшет перед собой и зажимала кнопку записи большим пальцем ноги — и так снимала. Это было на море. До этого я снимала с троюродной сестрой — просто повторяла видео за крупными блогерами.
— Первое видео было выложено 13 июля 2022 года. Помнишь его?
— Мне кажется, я помню. Я была в лагере тогда. Давай посмотрим…
[Просматриваем видео]
— Да [смеётся]! Да, это тоже в лагере получается. И это тоже лагерь.
— Какие у тебя сейчас эмоции от этих видео?
— Просто приятно. Я помню, как я их снимала. Я выкладывала их просто так, не думала, что они залетят. Вот первое видео — просто шла, мне понравилась маска, я сняла под неё. Второе — я хотела снять другую маску, подошла девочка с отряда, сказала: «Давай вместе?». Я говорю: «Давай». Просто прикольно.
— А как ты вообще поняла, что тебе нравится снимать?
— Не знаю. Просто хотелось, нравился процесс. Наверное, потому что было модно, и мне нравилось. И сейчас нравится — даже если что-то не залетает, мне всё равно. Мне просто нравится снимать.
— Как ты реагируешь, когда какой-то ролик неожиданно завирусился и набирает много просмотров?
— Я в шоке! Просто пересматриваю его тысячу раз, смотрю на просмотры, лайки. Мне просто приятно.
— Помнишь свой самый популярный ролик?
— Да. Я танцевала в школе, уже уходила домой. В школе было пусто, мало людей. Я увидела тренд, подумала: «Какой-то лёгкий, дай запишу». Записала и ещё какое-то время думала — выкладывать или нет. В итоге выложила и написала: «Завидуйте, у меня пятёрка по алгебре». И этот ролик попал в рекомендации.
— Рекомендации и тренды — ты на них ориентируешься или делаешь то, что нравится самой?
— На тренды я ориентируюсь. Если мне попадается видео, я смотрю: «Блин, крутая идея, надо попробовать снимать в таком стиле». Я ввожу в поиске, смотрю, как люди снимают, пытаюсь взять что-то от них, понять, что залетает. Экспериментирую, стараюсь понять, что нравится людям, что они смотрят. Но сначала я отталкиваюсь от того, что нравится мне, а потом уже — что залетает.
— В своём TikTok ты стала снимать видео с различными луками. Для тебя стиль — это что-то важное?
— Для меня стиль — это одновременно важно, но одновременно и нет. На улицу я вообще не наряжаюсь — хожу в футболках, что-то повешу себе на пояс, и всё. А вот дома мне нравится наряжаться, мне нравится смотреть образы, составлять их. Поэтому стиль — это такая штука… Я не знаю, как объяснить. У меня нет прямого требования, чтобы всё было стильно и красиво. Но при этом мне нравится экспериментировать.
О еде, любви, дружбе и «Бульбе»: «За что уплачено, то должно быть проглочено»
— В твоём Telegram-канале тебя спрашивали: где больше нравится — в Курске или в Москве? Ты ответила, что в Курске нравится из-за друзей, но вайб московский чувствуешь. И что в будущем, скорее всего, переедешь куда-то, но пока не знаешь куда. Это ощущение до сих пор с тобой? Что тебя тянет в Москву или другой город, а что держит в Курске?
— Сейчас в Курске держат друзья, общение. Переезд в другое место, особенно в моём возрасте, — это сложно. Сверстники могут негативно относиться к новому человеку, я это прекрасно понимаю. Я хочу переехать, но сама не знаю куда. Думала о Москве, но там слишком шумно, даже для меня. Поэтому я думаю о Минске, там не так шумно, как в Москве. И при этом люди добрые, чисто на улицах — мне там намного больше нравится. Но я не хочу переезжать обратно в Беларусь, потому что там нет таких возможностей, как в России. Поэтому пока я не знаю.
— Ты раньше жила в Беларуси и до сих пор часто там бываешь. Расскажи эту часть своей жизни поподробнее. И почему первую главу книги о своей жизни ты назвала бы именно «Бульба», как ты рассказывала в предварительном интервью?
— Я жила там до пяти лет, и это было моё самое-самое детство. Честно, я мало что помню, отдельные моменты — так, вспышками. Больше всего воспоминаний связано с тем, как я приезжала в деревню к бабушке на всё лето — лет в 6–8. Каждый год. И, конечно, это греет душу. Когда приезжаешь на места, где провела детство, вспоминаешь, как это было круто, весело. Никаких забот не было. Правда, приятно. А «Бульба» — потому что это картошка, ассоциация с Беларусью.
— И что бы ты написала в этой главе?
— Про само начало — моё рождение. Что я была, как мама рассказывала, очень активным ребёнком — не спала, всё время хотела бегать, прыгать. Я была общительной с детства, хотела в садик, у меня было много друзей.
Ещё я бы написала про случай, когда мне купили ролики. Мы с мамой пошли кататься, не взяли сменную обувь. Мама говорит: «Давай, пошли, я понесу». А я говорю: «Нет, я хочу кататься». Потом, когда мама шла уже с пакетами, я говорю: «Мама, давай на ручки меня возьмёшь». А она: «Нет, катись». И я плакала. У меня даже есть фотка, где я стою на роликах, и на рукавах — слёзы.
Ещё про первый велик, про переезды — я переезжала много раз. В общем, про то, что это было беззаботное время: ела, спала, играла.
— Расскажи о друзьях. Кто эти люди, с кем ты дружишь?
— Мои друзья — это безбашенные люди, которые готовы на всё, которые готовы сделать любую непонятную штуку, лишь бы было весело. Мы гуляем, потом иногда вспоминаешь — и становится стыдно за то, что мы делали вместе. Можем слишком громко идти и смеяться, творить всякую фигню на улице. Но при этом у нас есть рамки — мы не переходим чужие границы, не мешаем людям. Есть люди, которые тихие, никому не мешают, а есть громкие, которые всем мешают. А мои друзья — те, кто знает меру.
— А что для тебя вообще дружба? Это про поддержку, про общие интересы или про просто быть рядом?
— Наверное, всё вместе: и интересы, и поддержка, и быть рядом. И ещё — место, куда ты можешь прийти и высказать всё, что хочешь. Рассказать, что случилось в школе, о чём ты переживаешь, а через минуту уже начать рассказывать о чём-то весёлом. Это люди, которые могут и поплакать, и посмеяться вместе с тобой.
— Мы с тобой сейчас в формате «разговоров за обеденным столом». Что ты вообще предпочитаешь из еды? Ты себя в чём-то ограничиваешь, чтобы форму держать? Или с такими колоссальными нагрузками, как у тебя, об этом можно не думать?
— Нет, я стараюсь себя ограничивать. В последнее время не очень сильно, но я скоро уеду в деревню, и всё будет нормально. Я ограничиваю себя в сладком — у меня от него портится кожа и зубы. Но я сладкоежка, ещё какая! Меня избаловали в детстве, и я не могу отказаться. Бывают недели, когда я вообще не ем сладкое, а потом в какой-то день могу позволить. Строгих рамок нет.
— Судя по твоему TikTok, ты готовишь самые разные блюда, не задумываясь о калориях. Так и есть?
— На самом деле, это только летом так. Летом я вообще не думаю об этом. Повторюсь, уеду в деревню, поработаю там немножко — и всё нормально будет. Просто бывают дни, когда я понимаю: «Ну, сейчас поем — и что будет? Какая разница? Либо сейчас съем, либо потом ещё сильнее наемся». И я просто что вижу, то и ем. Но сладкое стараюсь ограничивать. Ещё мама недавно начала готовить более полезные блюда — без масла, запекает в духовке. И в этом тоже чувствуется поддержка от родителей: мне не говорят, что какие-то диеты — это лишнее, а просто помогают питаться сбалансированно.
— Мне всё равно кажется, что с твоими нагрузками ты можешь есть всё, что хочешь.
— Ну, возможно. Я могу неделю хотеть есть постоянно, а в другие дни — не лезет и не могу. А так, если мне предлагают — я съем. Наелась, но буду есть, пока не закончится. Потому что за что уплачено, то должно быть проглочено [смеётся].
— А какое твоё любимое блюдо?
— Нет такого, я много всего люблю.
— Давай топ-5.
— Блин, это сложно. Первое место — всё, что связано с креветками, особенно паста. Второе место — мороженое. Третье место — всё, что связано с грибами: и чипсы, и всё подряд, что со вкусом грибов. Четвёртое место — мармеладки. А пятое — блюдо, которое мне мама готовит. Я не знаю, как оно точно называется: курица, сверху помидор, натёртый сыр — и всё это запекается.
— Тяжело себя ограничивать в сладком?
— Да, тяжело. Но главное — начать. Первая неделя отказа от сладкого — самая сложная. Я отказываюсь, три дня не могу без него жить, потом оставшуюся неделю живу нормально, но потом опять срываюсь. И снова сложно.
Я пробовала протеиновые мармеладки без сахара — помогают, но всё равно хочется именно обычных. А мармеладки без сахара дорогие, и всё равно не то. Поэтому я не могу отказаться именно от мармеладок. Мороженое я могу заменить сорбетом из клубники, а мармеладки — нет.
— То есть ты мармеладная личность? Без мармеладок никак?
— Да! Я вообще без них не могу.
— Бенто-торты в твоём канале — это отдельный персонаж. У тебя с ними связана какая-то история или ты просто их обожаешь?
— Я сама готовила тортики раньше. Сейчас готовлю иногда на праздники или просто когда есть время. А про бенто-торты — у меня знакомая отмечает день рождения в месте, где их можно приготовить самим, и мы туда ходим.
И я часто съедаю весь торт сама. Мне очень вкусно. Я вообще тортики люблю, особенно когда они только на тебя. И особенно когда сама делала и украшала — это вообще самый смак.
— Это, кстати, крутая идея для будущего совместного формата — собраться, сходить по крутым местам, где можно что-то делать руками.
— Да, будет очень здорово.
— Ты говорила, что тебе до глубины души интересно ожидание чего-то лучшего, даже если эти ожидания могут разбиться в пух и прах. Это ведь очень смелая позиция — хотеть и верить, зная, что может не получиться. Откуда в тебе это? И как ты справляешься, когда ожидания всё-таки не оправдываются?
— Я на самом деле не знаю. Мне просто нравится верить в лучшее, представлять, строить в голове картинки, как у меня всё получилось, всё хорошо. А если не получается — я, конечно, расстраиваюсь. Это понятно, все расстраиваются, когда что-то не получается. Ещё многое зависит от того, насколько сильно я этого хотела. Есть вещи, к которым я отношусь так: «О, будет прикольно, если получится. Не получится — ну, не очень». И я сильно не расстраиваюсь. А есть вещи, к которым я отношусь серьёзно — могу и поплакать, и погрустить. Но в итоге я справляюсь и продолжаю двигаться дальше.
— Когда я готовился к интервью, наткнулся в твоём Telegram-канале на пост про гадания на суженого-ряженого. Там ещё была забавная фотка с кучей маленьких записочек с именами. И в ответах на анонимные вопросы ты пару раз рассказывала, что кто-то тебе нравится. Раскрой секрет, который однозначно волнует парней из твоих подписчиков (которых, кстати, очень много в комментариях во всех твоих социальных сетях): твоё сердце сейчас свободно и какой был итог того гадания?
— Итог гадания [улыбается]… Я не помню, если честно. Там было какое-то имя, а у меня таких знакомых нет. Я к гаданиям всегда относилась по приколу, каждый год гадаю. А про сердце — нет, оно не занято. Тогда просто был человек, который симпатизировал, а так — нет.
— При таком графике вообще остаётся время на какие-то романтические истории? Или ты сейчас сконцентрирована на своей текущей деятельности?
— Я не то что сконцентрирована, просто не зациклена на этом. Когда придёт — тогда придёт. Нет такого: «надо прямо сейчас» или «не хочу, не хочу». Нейтрально отношусь к этому.
— До интервью ты говорила, что любовь для тебя — это про действие. Объясни, что ты имела в виду. Чувства сами по себе вообще не нужны или они без действий не имеют смысла? Что для тебя важнее — что человек говорит или что делает?
— Можно чувствовать, но ничего не делать. И в чём смысл этих чувств? Ты ничего не скажешь, не сделаешь — никому от этого лучше не станет. Поэтому любовь для меня — про действия. И это не обязательно дарить дорогие подарки. Это просто спросить «как дела?», поинтересоваться днём, позвать гулять. В мелочах. Конечно, чувства важны, но действия — это главное. Слова и подарки — второстепенно.
— Подарки тоже разные бывают. Что насчёт подарков, сделанных своими руками?
— Да, да, да, вот именно! Даже какой-то подарок, сделанный своими руками, намного лучше, чем покупной. Поэтому любовь для меня — это про действие.
— Какой самый крутой подарок, сделанный своими руками, ты получала?
— У меня есть два таких. Одна подруга подарила большой букет синих атласных роз. А в другой раз на день рождения она подарила огромную коробку, внутри которой было много-много всего, сделанного руками — подарочков, мелочей. Вот это было самое крутое.
— Ты как-то писала про 8 Марта и про тюльпаны от незнакомца. Это был просто приятный сюрприз или всё-таки кто-то решил проявить внимание? И вообще, как ты к таким жестам относишься — это приятно или настораживает?
— Это было 8 Марта этого года. Папа уехал, и мне никто не подарил цветы — ни одного тюльпанчика. Мы гуляли, было поздно, я шла домой. Стоит мужчина — скорее всего, продавал цветы. Он подозвал меня, я осторожно подошла, и он мне их подарил. Мне было так приятно! Я пришла домой с тюльпанами, маме рассказала. Наверное, он понимал, что они завянут, и просто решил отдать кому-то. В любом случае это было очень приятно.
— В январе тебя в канале спросили: «Кем планируешь стать, работать?» Ты ответила, что точно ещё не знаешь. Сейчас этот ответ как-то изменился? Или ты до сих пор в поиске и просто хочешь пробовать разное, чтобы понять?
— Я ещё в поиске. Хочу пробовать разное. Но у меня есть план пойти в IT, в программирование. Плюс у меня сестра в этой сфере, и я знаю, что если отучиться и поработать, то можно иметь свободный график, работать из дома. Это для меня подходит. А так я не знаю.
— Неожиданно, учитывая, что ты столько занимаешься театром, танцами, медиа.
— Я не знаю почему, но я хочу иметь основной заработок. У моего педагога по танцам есть основная работа и своя студия. Я бы хотела так же — чтобы танцы и театр остались в жизни, но была стабильная работа. Потому что театр — штука непостоянная, можно даже не поступить с первого раза.
О хейте, планах и свободе от чужого мнения
— В деятельности публичной активной личности в любом случае присутствует хейт, даже если в каком-то минимальном виде. Будь то завистливые подписчики или недруги. С какими проявлениями ты сталкиваешься чаще: просто злые комментарии, личные сообщения или что-то более серьёзное? И как сильно это на тебя влияет?
— Когда видео залетают — в той же школе ничего не говорят, а вот когда не залетают и я просто так снимаю — иногда ловлю насмешки. Но я отшучиваюсь. Меня это не задевает сильно. В социальных сетях я особо не обращаю внимание на негатив.
— Ты очень нестандартно реагируешь на хейт. Вместо того чтобы прятать негативные комментарии или обижаться, ты выставляешь их публично, обыгрываешь с юмором и не переходишь на личности. Это вообще осознанная стратегия или у тебя просто такой характер — не принимать всё близко к сердцу?
— А смысл негативно отвечать? Лучше посмеяться. Меня это не задевает. Но я просто не сталкивалась с массовым хейтом, как у крупных блогеров. Если бы столкнулась — не знаю, может быть, восприняла бы иначе. А так — нет.
— Был ли у тебя момент, когда хейт задел по-настоящему? Или тебе всегда было всё равно? И как ты вообще пришла к такому отношению — это природное или ты себя воспитала?
— У меня не было такого, чтобы меня задевали незнакомцы. Меня больше задевали шутки от «недоподруг», когда мы были маленькими и я что-то снимала. Вот тогда было неприятно. То есть меня больше задевают не незнакомые люди, а знакомые.
— Как ты думаешь, твой способ реагировать на хейт — это просто про тебя или это может быть примером для других, кто сталкивается с негативом в сети?
— Наверное, может стать примером. Потому что когда ты скрываешь комментарии или агрессивно отвечаешь — это видно. А посмеяться — лучшее решение, я считаю. Думаю, нет смысла негативно реагировать.
— Теперь про планы. У тебя сейчас столько всего: танцы, театр, волонтёрство, соцсети, учёба. Что из этого ты видишь в своей жизни через пять лет? А что, может быть, отпадёт?
— Даже не знаю… Возможно, ничего не отпадёт, но просто станет в меньшем количестве. Театра, например, может стать поменьше, танцы — будут просто как хобби. А может, наоборот, в театре всё пойдёт, и я буду заниматься только им, а танцы будут на втором плане. Непонятно, как всё повернётся. Через пять лет мне будет 19, я буду учиться. Поэтому я вообще не знаю.
— Ты вообще ставишь себе цели или живёшь по ощущению «куда жизнь приведёт»?
— Я ставлю цели. Например, выиграть в конкурсах. Цели помогают двигаться. Ты примерно понимаешь, чего хочешь. Но если свернёшь не туда — ничего страшного.
— Если бы ты могла выбрать что угодно и не думать про «как это будет выглядеть» или «что скажут другие» — чем бы ты хотела заниматься по-настоящему?
— У меня нет такого, что если другие увидят, то будет не очень. Я сейчас занимаюсь тем, чем хочу, и мне всё равно, что скажут. Идёшь и делаешь.
Быстрые ответы и главные слова себе
— Тво́рог или творо́г?
— Тво́рог.
— И́наче или ина́че?
— Ина́че.
— Те́фтели или тефте́ли?
— Тефте́ли.
— Пе́тля или петля́?
— Петля́.
— Асимме́трия или асимметри́я?
— Асимметри́я.
— Ша́сси или шасси́?
— Шасси́.
— Фено́мен или феноме́н?
— Феноме́н.
— Булка с творогом — это ватрушка или творожник?
— Ватрушка.
— Шкаф для одежды — это шифоньер, гардероб или просто шкаф?
— Просто шкаф.
— Как ты скажешь: плечики или вешалка?
— Вешалка.
— Что выберешь: сесть на любой автобус, который довезёт тебя непонятно куда, лишь бы было тепло, или ждать неважно сколько, но именно твой транспорт, который довезёт до дома?
— Автобус, который довезёт меня до дома.
— Смотреть фильм, о котором все говорят, но он тебе не нравится с первой минуты, до конца в надежде, что будет лучше, или выключить на середине и не мучиться?
— Выключить фильм на середине и не мучиться.
— Если бы ты могла оставить только одно приложение на телефоне — что бы это было?
— Сложно. Какая-нибудь соцсеть в которой можно и пообщаться и что-то поделать прикольное: или TikTok, или Telegram.
— И под самый занавес. Что бы ты сказала себе той, из 2023 года, когда ты только начинала вести свой Telegram-канал, снимать первые TikTok и вообще искать себя? И что бы ты пожелала себе через пять лет?
— Себе из 2023 года я бы сказала: «Не бойся, всё получится. Главное — пробуй и максимально везде участвуй, где только можно. Не бойся, не переживай и иди вперёд».
А через пять лет я бы пожелала себе: «Не забывай про своё хобби. Всегда оставайся такой же весёлой. И правда, ещё раз — не забывай про хобби. Занимайся и тем, что приносит прибыль, и тем, что тебе нравится».
Мы попрощались возле дома Василисы. Она отправилась к Боне — той самой строгой шпице, которая не любит чужих, но, кажется, всё понимает без слов. Впереди её ждала Беларусь — та самая «бульба», бабушкина деревня и пара недель в другом ритме. А я отправился работать над этим интервью.
Честно говоря, мы оба были рады, что наши графики состыковались и мы успели записать этот разговор до её отъезда. И хоть виделись мы впервые, с первых минут всё пошло легко и свободно, ни одной неловкой паузы, будто знали друг друга много лет. Мы болтали и до записи, и между локациями, и после того, как диктофон выключался. И знаете, та энергия, которую Василиса излучает вживую, она ничем не отличается от той, что видишь в её соцсетях. Такая же тёплая, искренняя, честная. Сидишь напротив, слушаешь — и сам наполняешься каким-то очень светлым, тёплым чувством. Таким, которое потом ещё долго с тобой. Это редкое чувство, когда человек настолько настоящий. И этим всё сказано.
